История комбината
Глава 1-5

1. Становление лесной отрасли

 

1а. Лесозаготовки

Промышленная заготовка лесов на Урале началась одновременно с зарождением Горнозаводской промышленности.

В 1628 году, в период царствования Михаила Федоровича, на местных залежах руд, у реки Ница Ирбитского уезда, был построен, первый в Российском государстве, казенный железоделательный завод.

В 1696 году, верхотурский воевода Дмитрий Протасьев, после досмотра рудных мест по рекам Нейве и Тагилу, пишет на имя царя Петра 1: «Гора Магнитная в ясашных вотчинах вверх тагильской волости вниз Тагила реки на левой стороне: гора поверх длиннику 300сажен, поперек 30 сажен, в вышину от Тагила реки 70 сажен, в другую сторону тож, а среди горы пуповина чистого магнита». А далее Протасьев дописал: «Угожее место для завода досмотрел на реках Тагил и Выя… По берегам тех рек лесы темные и боры и горы каменные и круг горы бор большой. А берега реки Тагил в том месте, где плотине быть, круты и высоки и лесу доброго для плотины строитца предостаточно».

Два года спустя, в 1698 году, на месте, описанном воеводой, появился Невьянский завод. По указу Петра 1 в 1702 году казенные заводы на Нейве и Тагиле (Невьянские и Верхотурские) с громадными пространствами лесов и земель, с горой Магнитной (Высокой) были переданы в частное владение тульскому кузнецу Никите Демидову. Через год к демидовским владениям «для умножения заводов» были приписаны Аятская и Краснополянская волости и село Покровское с деревнями в Верхотурском уезде, со всеми крестьянами и угодьями.

Чугунная памятная доска о начале строительства тагильских заводов гласит: «…1702 году по имянному его царского величества указу пожалован тулянину комиссару Никите Демидову в Сибири Верхотурском уезде на реке Нейве железной завод, да место пустое при реке Тагиле у Магнитной горы. Как помянуты так и на оном месте заводы повелено ему строить и размножать. В 1720 году начались строиться тагильские заводы без данных дворцовых крестьян собственным его Демидовым коштом и построились к действу плотина совсем да две домны»

Число заводчиков росло. Вслед за Демидовым появились Твердышев, Яковлев, Осокин, Мосолов и другие. Освоение богатств Урала пошло быстрыми темпами. В первой половине восемнадцатого века было построено 39 заводов, во второй 84.

Выбирая место, будущие хозяева руководствовались тремя главными требованиями - наличие руды, леса и воды. Первые два условия обеспечивались нетронутыми запасами уральских недр и тайги. Вода давала дешевую энергию, поэтому заводы строили на берегах рек, сооружая там плотины. Река к тому же - простой и удобный способ транспортировки и сырья, и готовой продукции. Заводовладельцам было предоставлено монопольное право владения лесом в отведенных им дачах. Вначале лес заготавливали возле заводов, затем – у берегов рек. Позднее, с прокладкой железных дорог – лес валили вблизи железнодорожного полотна, чтобы было удобно и выгодно доставлять его на завод. В результате такой, ничем не ограниченной и непродуманной рубки, с годами заготовки древесины значительно отдалялись от заводов.

В 1720 году В.Н.Татищев, главный начальник казенных горных заводов, в докладной записке в Берг-коллегию (высший орган руководства горнорудной промышленностью в России Петровских времен) доносил: «Меня ничто так не страшит как непорядочные поступки с лесом и великое небрежение; заводы, хотя малые, но уже кругом верст на пять и более обрублены; каменские весьма опустошены».

За первые 70 лет восемнадцатого столетия на Урале было построено 144 завода. К ним оказались приписанными почти все леса в доступных для эксплуатации местах. Потребность заводов в древесине к концу восемнадцатого века исчислялась в 10,6 млн. м3. Одному миллиону пудов выплавленного чугуна, с переработкой его в железо, соответствовала лесная площадь в 100 тыс. десятин, то есть на одну десятину лесной площади производилось около 10 пудов готового металла.

Заводы горного округа работали на древесном угле. Поэтому, лесозаготовки и углежжение стали основными занятиями местного населения – прародителей будущих профессиональных лесозаготовителей. Целевое использование лесов, приписанных к горным заводам и бывших, по существу, их потребительской базой, определяли однотипность форм ведения лесного хозяйства на огромной территории горной части Урала. Во всех горнозаводских дачах оно подчинялось общим установкам и велось по единой системе.

Первые документы, устанавливавшие порядок пользования заводскими лесами, были подписаны Петром 1. Изданные при нем указы, инструкции, наставления определяли порядок рубок леса, правила очистки лесосек и охраны молодых насаждений.

Известны требования В.Н.Татищева по сбережению лесов, приписанных к горным заводам, его инструкции по порядку их рубки, предохранения от порубов и пожаров. Вслед за Татищевым генерал В.И. Геннин (начальник уральских горных заводов в 1722-1734 годах) также настойчиво поддерживал необходимость сбережения горных лесов. Его действия, указания и рекомендации по охране леса от безудержной рубки и пожаров, уходу за молодняками и первая попытка проведения системных рубок способствовали разработке и закреплению основ лесного законодательства на Урале.

Несмотря на инструкции и правительственные распоряжения, ни одна горнозаводская дача на Урале, до 1806 года, на лесосеки разделена не была. В первую очередь лес вырубался в лучших местах, расположенных ближе к заводу, с наиболее производительными насаждениями. Рубили «наголо», начиная от «старого» пня (место рубки прошлого года), постепенно удаляясь от завода. Размеры площадей, оголенных таким образом, составляли по нескольку верст, в длину и ширину. Это были так называемые «куренные рубки», в современном понимании – сплошные (или условно сплошные) концентрированные рубки. Очистка лесосек заключалась в складировании порубочных остатков в кучи и сжигании их в безопасных для леса местах. Здесь же, на лесосеке, готовились дрова, и выжигался древесный уголь. Подобный способ приводил к тому, что возобновление лесопосадок происходило, в основном, за счет лиственных пород. Часть вырубок, вблизи завода, под влиянием огня и сельскохозяйственного пользования, не засаживалась вообще, или этим занимались далеко не сразу.

В следующие годы были разработаны новые правила рубок для казенных и горнозаводских лесов, в 1785 году положенные в основу «Проекта Устава леса».

В 1798 году в России был учрежден Лесной департамент, утвержден и издан «Лесной устав». Горный департамент, образованный в 1806 году, принял в свое ведение леса казенных и частных заводов. Департамент устанавливал годовую норму рубки для каждого завода и вел наблюдения за ее соблюдением. Тогда же появилась лесная охрана. Она следила за пожарами и самовольными порубками, была введена должность лесного офицера (лесничего), призванного обеспечивать правильное ведение лесного хозяйства в горнозаводской лесной даче.

Большая заслуга в развитии уральской лесной отрасли принадлежит видному лесоводу, главному лесничему уральских горных заводов И.И.Шульцу (1777-1862). Пятьдесят лет его трудовой деятельности были отданы внедрению более совершенных форм ведения лесного хозяйства, применительно к местным условиям. С его именем связана большая работа по проведению лесоустроительных работ в горных лесах, разработка и внедрение в производство новых правил рубок (узколенточный способ с кулисным примыканием лесосек), зарождение и развитие лесокультурного дела на Урале. Под его началом к середине столетия в горнозаводских дачах была вновь засажена лесами площадь более 10 тыс. десятин. Он усовершенствовал пилу, настойчиво внедрял и добился ее применения на дровозаготовках вместо топора; разработал новый способ выжига древесного угля и сконструировал механизм для прессования древесных отходов. На вооружении работников лесного хозяйства горных заводов долгие годы пользовались большим спросом изобретенные И.И.Шульцем ручные сеялки, лесные веялки, передвижные шишкосушилки, грабли для собирания шишек, бороны для заделки семян, высотомеры. Следует отметить, что узколенточный способ рубки с шириной лесосеки 100м, разработанный и впервые примененный на Урале в первой половине 18-го столетия, не потерял своего значения до настоящего времени. Основное положение, предложенное Шульцем в 1815 году – ширина лесосеки, - было включено во все правила, действовавшие на территории лесной зоны страны.

Известно, что на Руси вплоть до конца 18-го века единственным орудием производства на лесозаготовках был топор. Его вид и форма в течение столетий менялись, приспосабливались для работы в лесу. Столетиями совершенствовалось и мастерство лесоруба. Процесс перехода к заготовке дров с помощью пилы был важным событием в развитии лесозаготовок. Этот переход был вызван, прежде всего, стремлением сократить расход древесины при рубке. Петровский указ 1701 года « О приучении дровосеков к распиловке дров» положил начало применению пилы как основного инструмента на дровозаготовках.

На Урале замена топора на пилу отодвинулась на целое столетие, только в 1838 году ее начали применять на Богословских горных заводах. Топор на рубке леса был заменен на пилу к концу 1844 года. Внедрение нового орудия труда встретило активное сопротивление со стороны лесорубов. Администрации пришлось принимать исключительные меры – вплоть до закрытия и уничтожения лесных кузниц по отладке топоров.

В 1830 году под руководством и редакцией графа Е.Ф.Канкрина, министра финансов России, была разработана «Инструкция об управлении лесной частью на горных заводах хребта уральского по правилам лесной науки и доброго хозяйства». В ней записано: «Первая цель сей инструкции есть та, чтобы обратить на сей предмет полное внимание горного управления, ибо наука лесного хозяйства на заводах не менее важна, как собственно горные науки. Особенно местные горные начальники всемерно должны стараться об устройстве и сбережении горных лесов, о разведении их, где нужно вновь и об отыскании способов к уменьшению самой потребности в лесных припасах». В инструкции были изложены принципы и требования лесоводов, даны руководящие указания местным горным начальникам о правильном ведении лесного хозяйства, как части общего горнозаводского дела. В ней узаконен выборочный способ рубки леса и рекомендованы проходные «порубки».

Почти все леса горнозаводского Урала были приписаны к заводам – казенным или частным. К казенным заводам были приписаны казенные – горнозаводские леса. К частным казенные леса приписывались на правах посессионного (временного) пользования. Остальная часть лесов составляла большие площади лесного ведомства (не заводские), а также крестьянские, частновладельческие и прочие.

Посессионные леса – это леса казенных дач, приписанные к частным заводам. Посессионное право владения заключалось в наследственном пользовании казенными землями, а соответственно и лесами. Правительство оставляла за собой право надзора за состоянием лесного хозяйства. Владелец завода мог пользоваться лесом только для развития завода, осуществления его производственной деятельности. Он не имел право им торговать, продавать на сторону. Не являясь владельцем леса и находясь в постоянном ожидании, что посессионное право может быть ликвидировано, заводчик не был заинтересован в сохранении леса и ему ни к чему было заботиться об улучшении его состояния. В интересах владельца было максимально использовать лес, взять от него все.

По утверждениям специалистов, объемы заготовки леса на Урале в 18 и 19 столетиях были невелики. Но хищнический способ эксплуатации этих лесных запасов и формальное отношение к их охране привело к значительному расстройству лесов. К 1912 году среднее расстояние от мест заготовок угля до заводского двора составляло 49 верст.

В начале 19-го века, так же, как и в более раннее время, все работы по заготовке и вывозке древесины, как правило, выполнялись местными (или прибывшими со стороны) крестьянами. Для того чтобы получить работу, крестьяне объединялись в артели или по одиночке собирались к подрядчику, который заключал договор с заводоуправлением на заготовку и доставку дров. Работали своим инструментом или в с счет заработка получали от конторы топоры, пилы, напильники, клинья. Местное население работало по договорам, как на заготовке дров, так и на выжиге угля. Сезонные, прибывшие из соседних губерний, только на заготовке дров; с техникой углежжения они были мало знакомы. На заготовку дров для нужд завода к работам в лесу привлекались и заводские рабочие. Применялся также арестантский труд и труд солдат. Большинство рабочих составляли сезонники, в основном коми. Они ежегодно приходили на заработки по первому снегу через Урал. Жили они в лесу, в так называемых зырянских избушках, по 6-8 человек каждая. Для освещения жилья лесничество выдавало по бутылке керосина на избушку сроком на 10-12 дней. И еще лесорубы получали по 20-30 кирпичей, из которых прямо под открытым небом, рядом с избушкой, выкладывали печи для выпечки хлеба. Воду добывали из снега. Лесные заготовки у крестьян занимали время, свободное от сельских работ. Рубить лес деревенский мужик шел на период от прекращения санного пути до посева хлеба и от посева до начала сенокоса и далее от конца уборки до начала санного пути. А весь сезон санного пути, как правило, использовался для вывозки заготовленной в лесу древесины.

Строевой лес (в нынешнем понимании – деловая древесина) горные заводы интересовал мало. От всей заводской потребности в древесине он составлял 10 %, использовался на распиловку, новые постройки, ремонт и крепление выработок. Горный Устав (1905 года) разрешил заводам излишний лес продавать на сторону. Но заводовладелец не видел в этом особого смысла, так как продажа леса на сторону не увеличивала выплавки чугуна и доставляла только хлопоты заводской администрации. Зато в частновладельческих дачах и в лесах лесного департамента шла энергичная продажа леса не только на внутренний рынок, но и за рубеж. Строевой лес, предназначенный на продажу, шел, в основном, на производство пиломатериалов. Он звался «товарным лесом». Товарные бревна, идущие за границу, имели длину 13 аршин (9,25 м) и 0,25 аршин на запас. На внутренний рынок шла длина 9 и 12 аршин. Наименьший диаметр принимался в 5,5 вершков (24,42 см). бревна 4-4,5 вершка в диаметре назывались подтоварником. Заготовка и вывозка товарного леса проводилась одновременно, в зимний сезон, по санному пути. При вывозке из лесосеки товарных бревен их количество на одну десятину не превышало 20 штук (это около 10 % запаса на лесосеке) встречались насаждения (река Нясьма, Николае-Павдинский округ), где брали по 150 бревен на десятине.

Вырезанные бревна очищали от коры, вывозили к месту складирования и укладывали в штабеля. Каждый ряд штабеля осматривался десятником (смотраком). Штабель бревен принимался приемщиком.

Дореволюционный период развития лесной отрасли на Урале отличало полное отсутствие, каких – либо механизмов. Важнейшим этапом в этой области было освоение пилы и переход на пиление вместо рубки при заготовке дров и внедрение продольной распиловки бревен.

1б. Лесопиление

Издревле в России доски тесали топором, это вело к чрезмерному расходованию древесины. При заготовке досок с помощью пилы экономия была очевидной. Вот выдержка из царского указа от 4 декабря 1749 года: «Из бревна пильных досок быть может пять, а по крайней мере четыре, а тонких и гораздо более того, а топорных одна или по нужде две выходит» - таков главный аргумент в пользу пилы.

Первое лесопильное предприятие – пильную мельницу – построили братья Баженовы в 1690 году на реке Ветлуге под Архангельском, но развитие лесопиление в России получило лишь во второй половине 19-го века. Вначале это была ручная распиловка бревен, распространившаяся в деревнях (отхожий промысел), а затем и в городах.

На Урале первая пильная мельница была построена в Екатеринбурге, при строительстве металлургического завода, в 1773 году. По её образцу строились и вводились в эксплуатацию другие мельницы. В 1801 году уже работала 21 лесопильная мельница: одна на 4 рамы, одна на три, четырнадцать на две рамы и однорамные. В самом конце столетия был построен казенный, специальный, лесопильный Верхотурский завод, имеющий одну мельницу на две рамы. В частновладельческом хозяйстве Демидовых, к концу 1800 года, насчитывалось 18 пильных мельниц.

При казенных горных и частновладельческих заводах имелись мельницы для распиловки бревен на заказ (из давальческого сырья). Подавляющее же большинство – это мельницы, обеспечивающие пилопродукцией заводы. Мощность самой крупной мельницы, работающей на заказчика, при Екатеринбургском монетном дворе, составляла 45 бревен в сутки.

Пильные водяные мельницы имели существенные недостатки. Они нуждались в хорошо обустроенной плотине, а её строительство и содержание обходилось дорого. Кроме этого, рабочий механизм мельницы, изготовленный в основном из дерева, постоянно ломался. Терялось много времени на его частые ремонты.

В первой четверти 19-го столетия начали строить паровые мельницы – они же лесопильные заводы. К концу века, на Урале, на Кушвинском заводе была построена первая паровая лесомельница, лесопильный завод.

Первыми в освоении лесных богатств «Николае-Павдинского» округа, стали фирмы «Лаптев и Минаев» и «Процвет». «Лаптев и Минаев» были хорошо известны в Вятской губернии, где они свели много ценных лесов, а как только постройка Богословской железной дороги открыла еще никем не освоенные богатые леса в Верхотурском уезде, они перекочевали на Урал. Один двухрамный завод они построили у города Верхотурья на реке Туре, другой – на реке Ляле у станции Ляля, где был и «Процвет».

В 1904 году, Воробьёв, в южной части округа, у места впадения реки Нясьма в реку Лялю, строит первый в округе крупный, четырехрамный лесопильный завод. К этому времени относится начало развития лесного производства в Николае – Павдинском горном округе. Свое название округ получил в память о построенной в Павде церкви Николая Чудотворца. Николае - Павдинский посессионный округ обладал огромными запасами нетронутых хвойных лесов. Граница округа проходила по Уральскому хребту – водоразделу системы рек, европейских текущих в Каму, а азиатских – в Обь.

Строительство Лобвинского завода начали в марте 1910 года. В ноябре этого года построен корпус лесопильного цеха, с семью лесопильными рамами фирмы «Гольмер». Построены четыре бревнотаски и силовая подстанция. Завод был пущен в работу и одновременно достраивался. По наличию лесопильных рам, степени оснащенности околорамным оборудованием, сортировке и подаче сырья – это был крупнейший лесозавод в России. Сменная производительность (за 11 часов) составляла 210 – 250 м3 пиломатериалов. Пиловочное сырье – «товарные бревна», как правило, заготавливались длиной 8,5 м и диаметром 26 см и больше. Основной продукцией завода были экспортные пиломатериалы. Пиломатериалы готовили в соответствии с техническими условиями петербургского лесного торгового порта. В 1912 году, в порт было отправлено 2544 платформы (39 % всех поставок в порт). В год пуска (1910) лесозавод напилил свои первые 10 тыс. м3 пиломатериалов, а в 1916 году, их выпуск составил уже 100 тыс. м3.

Правлением акционерного общества было решено построить комплекс по созданию безотходного производства, бумажно-лесной комбинат. Лесопильный завод на Ляле (Старая Ляля) оставить как подсобный, для выработки шпал. Всю переработку древесины перенести вниз, к станции Ляля.

В 1914 году возведен Ново-Лялинский комбинат на шесть лесопильных рам. Крупная древесина шла на распиловку. Мелкая ель шла на бумажное производство. Мелкая сосна перерабатывалась на сульфатно-целлюлозном заводе. Для выжига угля строились печи. Все механизмы приводились в движение электричеством, для чего была построена центральная силовая станция. Топливом для нее служили отходы лесопильного завода, которые дробились на специальных станках. А так как для нового сложного предприятия не хватало отходов с Ново-Лялинского завода, их привозили за десять верст по железной дороге с Лобвинского завода. Таким образом, заводы освобождались от необходимости сжигать свои отходы на огнищах.

С постройкой Ново-Лялинского комбината у Николае – Павдинского округа, открылась возможность использовать весь лес, тяготевший к реке Ляле между Николае – Павдинскими лесами и железной дорогой. Здесь были казенные леса лесного ведомства и леса переселенцев. В этом районе покупали лес и фирмы «Лаптев и Минаев» и «Процвет».

Пока Николае – Павдинский округ имел лесопильные заводы только на реке Лобве и у себя в округе, он был конкурентом для «Лаптева и Минаева» и «Процвета» только в отношении сбыта продукции. С постройкой завода, в низовьях реки Ляли, положение маленьких заводов становилось хуже. Начиналась конкуренция в отношении сырья, в результате, «Лаптев и Минаев» и «Процвет» закрылись, продав часть своего оборудования для Лобвинского лесозавода.

В начале века, в Николае – Павдинском округе было два лесопильных завода. Лялинский завод собирал древесину из южной части округа, а Лобвинский завод, расположенный вне округа, у Богословской дороги, собирал весь лес из северной части. Лялинский завод с шестью рамами работал на внутренний рынок – Сибирь и Среднюю Азию, а Лобвинский завод, с семью рамами, работал на экспорт, отправлял доски через Балтийский порт и Котлас в Англию. Можно считать, что окончание строительства и пуск в эксплуатацию Николае-Павдинской группы лесоперерабатывающих предприятий, Лобвинского и Лялинского лесозаводов, Лялинской бумажной фабрики – это поворотный пункт в эксплуатации лесов Среднего Урала. Их строительство открыло путь уральской древесине на рынок, стало началом её промышленной переработки.

Вообще же развитие лесопиления сдерживалось специфическим характером развития всей уральской промышленности, её металлургической направленностью. Оно развивалось как вспомогательное производство при горных заводах, полностью подчинялось их нуждам и интересам. Ограниченные капитальные вложения и слабое развитие строительства привели к тому, что внутренний спрос на строительные лесоматериалы был незначительным, что не способствовало расширению производства пиломатериалов. Мешало развитию лесопиления и крайне слабая сеть уральских железных дорог, её оторванность от общероссийской железнодорожной сети. Снабжение пиломатериалами центральных и южных областей России, отправка на экспорт, удовлетворялось северо-западными лесными районами, расположенными ближе к потребителям и внешним границам. Только, по мере истощения этих запасов, постепенно нарастал интерес к уральскому лесу.

Заметное оживление в развитии лесной промышленности Урала и строительство новых лесопильных заводов началось в конце 19-го столетия. В значительной степени это было связано с развернувшимся железнодорожным строительством. Строительство Богословской линии, горнозаводской ветки на Тавду, ветки Лысьва-Бердяуш, дороги от Надеждинска до станции Самы приблизили нетронутые лесные массивы этих районов к рынкам сбыта, значительно ускорили и облегчили их эксплуатацию. Сибирский путь, соединивший Тюмень с Омском, расширил возможности отправки лесопродукции, ранее осуществляющейся только водным путем. Однако, как заметили исследователи, низкий уровень капиталовложений в лесную промышленность и недостаточная предприимчивость лесопромышленников и казенного лесного хозяйства привели, между прочим, к тому, что при строительстве транссибирской железной дороги значительное количество шпал, пиломатериалов и даже столбов пришлось закупать в США.

 

2. Богословская железная дорога

 

Важнейшее значение для экономики района имело начавшееся в первые годы 20 века строительство Богословской железной дороги от станции Гороблогадатская до Надеждинского завода, крупного металлургического центра Урала, возникшего в 1893-1894 годах. Железную дорогу строило акционерное общество Богословских заводов при субсидии правительства. Постройка дороги открыла еще никем не освоенные богатые лесные массивы Верхотурского уезда для широкой эксплуатации. До станции Лобва железная дорога была достроена в 1905 году.

В «Словаре Верхотурского уезда», выпущенного в 1910 году о станции Лобва сообщается: «Весь поселок состоит из квартир железнодорожных служащих и одного дома частного. Здесь река изобилует рыбой, а особенно щукой, окунем, и лещём, что является промыслом для нескольких десятков рыболовов, сдававших рыбу в Надеждинский завод. При станции имеется склад лесных материалов лесопромышленной фирмы Лаптева». Примерно в 1905-1910 годах вокруг станции Лобва в радиусе до 20 (км.) возникло много поселков, основанных переселенцами (в основном из Белоруссии). Это деревни Трехниколаевка, Родильное, Чащевитая, Заозерная, Владимировка и другие.

 

3. Константин Петрович Воробьев

 

К.П.Воробьев родом из купеческого сословия. В 1900 году К.П.Воробьев владел рыбными промыслами на южном берегу Каспия, на реке «Кура» и других водоёмах. По величине своего капитала он относился к средним рыбопромышленникам. Арендуемые им рыбные промыслы назывались «Воробьёвские ватаги». К.П.Воробьев имел свой морской флот, состоящий из судов: «Трапезунд», «Терек», «Абасс-Туман», «Красноводск» (основные суда). На судах добытую рыбу, преимущественно осетровых пород, фирма «Братья Воробьёвы» отправляла для продажи в город Астрахань. Воробьевы проживали в городе Астрахани, в собственном трехэтажном доме, построенном в 1894 году. Два верхних этажа занимала семья под жильё, в нижнем этаже располагались конторы. Для грузчиков и рабочих, пароходных и лесных пристаней, Воробьёв построил больницу и столовую с доступными ценами, так называемых «Дешёвые Воробьёвки». Около столовой он построил два двухэтажных ночлежных дома. В 1912 году, наследники Воробьева выстроили большое здание для коммерческого училища, в народе его называли «Воробьёвское».

В начале 20-го столетия крупный капитал рыбопромышленников, установив непосильную плату за аренду рыбных промыслов, «задавил» средний капитал Воробьёвых. К.П.Воробьев переключил свою деятельность на лесной промысел.

Астрахань являлась основным транзитным городом для отправки древесины в Закавказье, Персию, Среднюю Азию. Древесину в Астрахань сплавляли по Волге, около города её перерабатывали в лесоматериалы и отправляли паровым флотом в порты Каспия. В 1902 году по сходной цене К.П.Воробьев приобретает, расположенный в верховьях рек Ляли и Лобвы, Николае-Павдинский горный посессионный округ. Центром купленного округа был Николае-Павдинский завод, ныне поселок Павда (завод был закрыт в 1852году, название местности сохранилось по привычке).

Первоначальный план Воробьева был в том, чтобы лес из округа сплавлять по реке Каме в Волгу. На самом деле, речки Павда, Ляля, Нясьма, Лобва и все другие, текут на восток, на Верхотурье, Тюмень и Тобольск – в Сибирь. Кама, со своими притоками, была далеко за горами. Ближе пятидесяти верст её притоков за Уральским хребтом не было. Тем не менее, исполняя волю хозяина, лес рубили и перетаскивали через Уральский хребет.

Полученные, таким образом, бревна стали золотыми для хозяина, и все внимание было обращено на добычу платины и золота.

С проведением железнодорожной ветки от Гороблагодатской до Верхотурья по всей линии строятся лесопильные заводы, лес начинает расти в цене, повысился спрос на него за границей.

В 1904 году, Воробьёв, в южной части округа, у места впадения реки Нясьма в реку Лялю, строит первый в округе крупный, четырехрамный лесопильный завод. Для вывоза пиломатериалов, от станции Выя, Богословской железной дороги, до лесозавода, Воробьёв строит узкоколейную железнодорожную ветку, протяженностью в 70 верст. Поселок, возникший около завода, был назван «Лесопильный», он становится центром Округа (Старая Ляля). (В марте 1911 года завод сгорел).

После пуска лесопильного завода в поселке Лесопильном, Воробьев, через управляющего округом гражданина Перлова, начал освоение платиновых приисков на Кытлыме. Для работы на приисках, в Кытлым, по договоренности с арестантским отделением Верхотурского уезда, были направлены люди, осужденные за различные нарушения закона.

В 1908 году К.П.Воробьёв умирает, оставив после себя одиннадцать наследников: вдова, два сына и восемь дочерей. Среди наследников своей деятельностью выделялись: сын, Константин Константинович Воробьёв, и зять К.П.Воробьева, Иван Александрович Лосев. Лосев, муж одной из наследниц купца Воробьева, был участником уральского предприятия Воробьева. После смерти Воробьева, он фактически становился главою Николае-Павдинского предприятия. Наследники намерены осваивать лесные богатства Округа.

Для освоения лесов, в средней и северной части Николае-Павдинского округа, завершения строительства завода на реке Ляля и для планируемой постройки завода на реке Лобве, нужен был дополнительный капитал. В 1910 году, наследники Воробьёва создают акционерное общество. В ноябре 1910 года, акционеры выстраивают и пускают в действие Лобвинский семирамный завод.

Приток капитала, при создании в 1910году акционерного общества, был незначительным, а в планы наследников входило строительство бумажной фабрики и лесопильного завода на реке Ляля.

Крупные магнаты, владельцы заводов, выбывали из бизнеса один за другим. Еще всецело царствовали на верхней Каме графы Строгановы, еще держались самостоятельно Демидовы, но наследники Яковлевых вошли в состав товарищества, финансирующегося по Алапаевским заводам Азовско-Донским банком, а по Невьянскому – Сибирским банком со значительным участием английского капитала. Не хватало денег для ведения самостоятельного дела у графов Стенбок-Фермор, и Верх-Исетские заводы превратились в акционерное предприятие, финансируемое Русским торгово-промышленным и Азовско-Донским банками. Старых родовых владельцев заводов заменили безвестные акционеры. У заводов: Сысертских, Шайтанских, Лысьвенских, Кыштымских, Сергинско-Уфалейских и других фактическими владельцами были банки: Азовско –Донской, Сибирский, Русский торгово-промышленный, Русский для внешней торговли, Русско-Английский, Петербургский учетно-ссудный, Международный.

По очень приблизительным сведениям, к началу первой мировой войны, акционерный капитал в уральских предприятиях составлял больше двухсот миллионов рублей. Половина капитала принадлежала иностранным государствам. На первом месте был английский капитал, он составлял около пятидесяти миллионов рублей. За ним шли: французский, американский, немецкий и бельгийский. В начале первой мировой войны вторжение иностранного капитала в уральские предприятия сильно увеличилось.

Лосев обратился за средствами в Русско-Английский банк.

В Русско-Английском банке было решено образовать акционерное общество по эксплуатации Николае-Павдинского горного округа. Полковника Лосева заверили, что предприятие Николае-Павдинского округа будет чисто русским. Наиболее крупным акционером стал Русско-Английский банк.

В 1912 году создаётся новое АО, в котором наибольшее количество акций принадлежали Русско-Английскому банку «….В октябре восьмого дня 1912 года, Акционерное Общество Николае-Павдинского горного округа с одной стороны и поверенный наследников астраханского купца Константина Петровича Воробьёва, полковника в отставке, Ивана Александровича Лосева с другой стороны, совершили настоящую надпись в нижеследующем: И.А.Лосев передал Акционерному Обществу Николае-Павдинского округа все права и обязанности своих доверителей по настоящему договору и за таковую передачу полное удовлетворение получил, а правление Акционерного Общества Николае-Павдинского горного округа приняло на себя нижеуказанные права и обязанности».

Центральное правление Акционерного общества было расположено в «Санкт – Петербурге», улица Малоконюшенная, 7.

Сделку заключили, и наследники Воробьева потеряли право на владение округом. В активе акционерного общества было более 48 тысяч акций, на долю наследников приходилось всего 1770 акций.

После первого года работы акционерное общество выдало двенадцать рублей дивиденда на сторублевую акцию. Акции сильно поднялись в цене, но вскоре акции начали падать. Иностранный капитал решил монополизировать лесную отрасль промышленности. Геологическая разведка установила в округе хорошие запасы платины, а лесоустройство показало, как велики лесные богатства округа. Это вызвало у англичан решение, прибрать округ к своим рукам. Распустив слухи об убыточности округа, они стали дешево продавать акции, о чем кричали громко, а когда на акции цена упала, стали их скупать. В результате, Русско-Английский банк переуступил свои акции Английскому банку и округ оказался в руках англичан.

 

4. Лобвинский лесопильный завод

 

4а. Строительство завода

Для освоения лесов, расположенных в средней и северной частях Округа, наследники Воробьева решили, на реках Ляля и Лобва, при пересечении их с Богословской железной дорогой, построить одноименные лесопильные заводы и бумажную фабрику.

В 1908 году, для выбора места под строительство Лобвинского лесопильного завода, прибыла в Лобву группа изыскателей. Возглавляли изыскателей наследники Воробьева, И.А.Лосев и К.К.Воробьёв. Рассматривалось несколько вариантов места строительства. Первоначально, изыскатели выбрали территорию у деревни Коптяки, на берегу реки Лобва, 3 километра ниже по течению. По ряду причин, (в том числе, отдаленность от железной дороги) этот вариант был забракован.

Наиболее выгодным местом строительства была признана территория на берегу реки Лобва, удаленная на полкилометра к западу от станции Лобва. Местность представляла собой, большей частью, заболоченный кочковатый луг, поросший кустарником и деревьями. В низинах луга находились два небольших озера. Река Лобва, в этом месте, делала большую петлю (мыс). Мыс, в свою очередь, огибала «старица» (бывшее русло реки). Старица имела в реку вход и выход. В этом месте, учитывая удобства подачи в цех сырья, и запланировали строительство лесозавода.

Земля, под строительство Лобвинского лесопильного завода (л/з), не входила в состав Николае-Павдинского Округа, она принадлежала крестьянскому обществу д. Лопаево. Наследники Воробъёва, 15 сентября 1908 года, в лице полковника Лосева, заключают с лопаевцами договор на аренду земли. В договоре, в частности, записано: «Мы, крестьяне д. Лопаево сдали в арендное содержание участок земли, площадью 5 десятин 1850 квадратных саженей, сроком на 12,5 лет, за арендную плату, размером 288 рублей ежегодно. «Арендаторы» обязаны не сваливать отходы завода в реку Лобва и не портить соседние крестьянские покосы». В июле 1909 года заключенный договор был утвержден департаментом по землеустройству.

После заключения договора начались подготовительные работы. Прибыли две партии изыскателей. Изыскатели разметили строительные площадки, прорубили визиры, поставили столбы с поясняющими табличками, «Место для строительства л/з наследников К.П.Воробьёва».

В марте 1910 года началось строительство Лобвинского лесозавода. На станцию Лобва, начали прибывать партии строителей, строительный материал и оборудование завода. Сооружалось временное жильё («балаганы»). Часть, наиболее квалифицированных рабочих (слесарей, кузнецов) перевели в Лобву из Лесопильного поселка. Пиломатериалы для строительства Лобвинского л/з поставляли из поселка «Лесопильный».

Десятки артелей землекопов, плотников, бетонщиков, каменщиков, монтеров (монтажников) начали строительство лесопильного цеха.

20 марта 1910 года, наследники получают от Лопаевского общества, по договору на арендное содержание, второй участок земли, смежный с первым. Участок предназначается для поступающего сырья, лесной биржи. Для возможной конкуренции и для дальнейшего развития своей деятельности, необходимо было расширять свои земли. В апреле 1910 года, поверенный наследник К.П.Воробьёва, И.А.Лосев обратился к начальнику Пермского управления земледелия и государственного имущества, а также, к заведующему по земельным вопросам на Урале. И.А.Лосев просил рассмотреть просьбу об использовании участка, площадью в 100 десятин данного под прииск, для заготовки леса. Граница участка на прииск проходили по реке Лобве, ниже станции Лобва, к востоку от визиры, проходящей через надельную землю крестьян деревни Лапаева и казённой земли. Согласно закону, от 8 июня 1903 года, об отношениях золотопромышленников и лесопромышленников, этот участок в 100 десятин был отведен наследникам под прииск, по реке Ломовой (Восточная окраина посёлка Лобвы).

Строительство шло быстрым темпом, и 8 ноября 1910 года, Лобвинский л/з был пущен в действие. Верхотурская Управа получила извещение о сплаве леса по реке Лобве, до 300 тысяч брёвен. О задержке людей, у селения Нижнее-Лобвинское Зимовьё (В-Лобва), проезжающих через переправу по Богословскому тракту. В последующий, 1911 год, лесозавод достраивался и одновременно начал выпуск пиломатериалов на экспорт, в Санкт-Петербургский лесной порт. Выпуск пиломатериалов, за 11 часовой рабочий день, составлял 240-250 м3.

4б. Оборудование Лобвинского лесопильного завода

Построенный корпус цеха представлял собой деревянное двухэтажное здание, длиной 68 метров, шириной 33 метра. В корпусе, на глубоком кирпичном фундаменте, установили семь двухэтажных, двухшатунных лесопильных рам (л/р), с толчковой подачей, шведской фирмы «Гольмер».

л/р №1 с просветом пильной рамки на 900 мм. и с вращением коленчатого вала 220 оборотов в минуту, (скорость пиления, в минуту л/р приведет в движение пилы 220 раз).

л/р №2 с просветом пильной рамки на 900 мм. и 240 оборотов в минуту коленчатого вала.

л/р: №3, №4, №5, №6, все одного размера, с просветом пильной рамки на 812 мм. 300 оборотов в минуту.

л/р №7 с просветом пильной рамки на 610 мм. и 300 оборотов в минуту коленчатого вала. Л/р №7 была предназначена для распиловки бревен на шпальные тюльки с последующей ручной обработкой.

Лесопильные пилы подразделялись по виду, прямые и круглые. Прямые пилы, длинной 51, 56,60 дюймов, толщиной №13 и №12 калибра. Круглые пилы, диаметром 24 дюйма, толщиной калибра №10.Для выработки шпальной тюльки, при поперечной резки с двух сторон, использовались круглые пилы, диаметром 49 дюймов. В пилоправной мастерской установлены: два автоматических, пилоправных станка шведского производства, пресс для выдавливания зубьев у пил, две машины ( «Сайлюкса») для расширения концов у зубьев пил, деревянный станок для разводки пил.

Для подачи бревен к л/р, в распиловочном цехе, были выстроены четыре бревнотаски: две, длиной по 46 метров, две, по 61 метру.

Комлевые тележки были не приводные, подрамщик рычагом (стежком) подталкивал тележку к лесорамам и вручную отталкивал.

За лесорамами были установлены: четыре продольно-обрезных станка, шесть станков, для поперечного перепиливания досок (торцевых, с круглыми пилами), один, для поперечного перепиливания железнодорожных шпал. Несколько позднее, были установлены: обрезной станок для продольно-ребрового выпиливания досок из толстого горбыля и станок для продольного выпиливания шпал. Для перемещения опилок, были смонтированы самотаски (транспортеры).

От станции Лобва, на строительную площадку и по будущей территории завода, проложили внутризаводские пути: весовой, деповский, реечный, шпальный, угольный, элеваторный. Общая протяженность путей более четырех верст. Выстроили: депо, вагонные весы, два поворотных круга. В депо был установлен прессовальный насос для котлов, имелось три домкрата.

Рядом с лесопильным корпусом, выстроили кирпичное здание паросиловой станции. Станция состояла из котельного, машинного, электрического и трансмиссионного отделений.

В котельном отделении были установлены два водотрубных котла, фирмы «Францер-Гампер». При котлах установлен паровой двухцилиндровый насос. В машинном здании смонтировали паровую двухцилиндровую машину «Тэндем», главная машина. Главная машина развивала около 500 лошадиных сил, потребляя 12 килограммов пара на одну силу в час. Эта машина приводила в действие лесорамы и станки через систему трансмиссий, множество валов, шкивов, ремней.

В трансмиссионном отделении находился главный вал трансмиссии. Главный вал состоял из четырех валов разного диаметра, соединенных муфтами. Ремни на главном вале шли в последовательном порядке. Использовались ремни двух видов: верблюжий, шириной в четыре дюйма, и английский кожаный ремень.

В электрическом отделении находилась вторая, малая паровая машина. Малая паровая машина приводила в действие генератор постоянного тока. Генератор вырабатывал электроэнергию для освещения завода, частично для освещения заводского поселка и для электромоторов к вспомогательным станкам. Малая паровая машина развивала 100 лошадиных сил, потребляя 14 килограммов пара на одну силу в час.

Электромоторов было всего 12 штук, мощностью от 2-х до 29-ти лошадиных сил.

Перед первой мировой войной построили ящичный цех. Были выстроены: телефонная станция, пожарная каланча с колоколом (чугунной доской), различные кладовые, центральный материальный склад. Токарная мастерская имела: один малый и три больших токарных станка, строгательный и сверлильный станки. Здесь же, были установлены: двухтонный подъёмный блок, разметочная доска, вертикальная, быстроходная машина в 8 (л.с.). На заводском дворе, у токарной мастерской, находился приводной пробивочный пресс. В слесарной мастерской находилось: семь тисков, шаберная плита, шведские паяльные лампы, аппарат для испытания манометров. Работала столярная мастерская, имеющая: токарный станок с деревянной станиной, два столярных верстака.

В противопожарной охране, непосредственно в лесопильном корпусе, была переносная ручная машина на два рукава. Такая же машина была в депо. В токарной мастерской, в противопожарной защите был задействован керосиновый двигатель «Геркулес» на 4 (л.с.). Имелась одна, общезаводская, большая, ручная машина. Общезаводская машина перевозилась, по необходимости, на специально оборудованной, гужевой телеге.

В лесопильном корпусе сортировочной площадки не было. Готовый пиломатериал доставлялся на биржу (склад) пиломатериалов. У лесопильного корпуса была установлена «отвозная» площадка, к которой подходила главная эстакада (шлюз). Длинна шлюза 240 метров, высота, от двух до трех метров. Пиломатериалы отвозились из корпуса по шлюзу, на двухколесных деревянных тележках (медведках). На этой тяжелой работе было занято, в смену, 26 человек. Использовать лошадей, при перевозке пиломатериалов на медведках, начали после 1925 года.

Перпендикулярно к шлюзу подходило 13 эстакад. Все эстакады были подняты на высоту до 2,5 метра. На каждой эстакаде, для пиломатериалов, было от 25 до 68 (в зависимости от сечения) «подстопных» («поштабельных») мест. Между эстакадами проложили пять железнодорожных, подъездных путей.

На бирже пиломатериал отгружали потребителям в железнодорожные платформы или укладывались в штабеля, высотой до 5 метров, на естественную сушку. Экспортный пиломатериал, погруженный на платформы, закрывался брезентом. Подвижной, железнодорожный состав обрабатывали собственным паровозиком, «кукушка». Отходы лесопиления, в вагонетках, по узкоколейке, отвозили за территорию завода, к озеру (район нынешней новой биржи), на огромное «жигалище».

4в. Управление завода

На лесозаводе трудилось до 800 человек рабочих и служащих. Основная масса рабочих состояла из приезжих крестьян Вятской и Казанской губерний. Трудились на заводе и коми-пермяки, жители ближайших селений работали как сезонники.

Первым управляющим завода был выходец из крестьян, А.Я.Еремин. В 1911 году, А.Я. Еремина назначают главным бухгалтером, а управляющим – дворянина-инженера, обрусевшего француза, Бехли Фёдора Григорьевича, прослужившего на этом посту до 20 июля 1917 года. Первая контора лесозавода была в заводском посёлке. Это здание существовало до 1960 года, именовалось как «парткабинет». Штат служащих конторы был 12–15 человек. Управляющий не имел заместителей ни по быту, ни по сбыту. В случае его отъезда, обязанности управляющего исполнял главный бухгалтер. За порядком и дисциплиной на заводе следили «смотроки», люди, отличавшиеся суровым нравом. На рабочем месте, были случаи избиения рабочих смотроками.

4г. Лобвинский лесозавод крупнейший в России

С самого пуска в эксплуатацию, Лобвинский лесозавод был одним из крупнейших лесозаводов, не только на Урале, но и во всей России. Завод лидировал как по общему объёму выпуска пиломатериалов, так и по выработке экспортных пиломатериалов. В 1912 году, в России имелось 1290 лесопильных заводов, имеющих 2018 лесопильных рам (в среднем 1,6 рамы на завод). Большинство заводов имели одну, две рамы, тогда как, Лобвинский завод имел семь рам. Сортировка досок на экспорт велась по техническим условиям, Петербургского, лесного, торгового порта, на первый, второй и третий сорта. Четвертый сорт поставлялся на внутренний рынок. Кроме пиловочника, лесозавод отгружал, по железной дороге, шпалы и переводные брусья, балансы и древесный уголь. Основной продукцией завода, был экспортный пиломатериал. На 15 ноября 1912 года, в Санкт- Петербургский торговый порт поступило еловых и сосновых досок 6520 железнодорожных платформ, с 28 станций отправителей страны, из них, со станции Лобва 2544 платформы, что составляет 39% от общего количества.

 

5. «Северное лесничество»

 

В Николо-Павдинском округе, для обеспечения Лобвинского л/з сырьём, было организовано «Северное лесничество». «Северное лесничество», площадью более 17400000 десятин, располагалось в районе реки Лобвы. В качестве пиловочного сырья, завод использовал только «товарные» бревна, длиной не менее 8,5 метров и диаметром 26 (см.). Бревна меньшего диаметра назывались «подтоварником».

Сырье доставлялось на лошадях «гужем», верст за 30, и сплавом («молем») по реке Лобве и её притокам. В полутора километрах от завода, на реке Лобва, располагалась главная запань (Верхняя Гавань), служившая для сдерживания поступающего «молем» восьмиметрового леса. Лес пропускали через главную запань, и сплавляли на Среднию Гавань, находящуюся ниже Верхней гавани, на 1,5-2 (км.). На Средней гавани, лес сортировали. После сортировки, пиловочник подавали в лесопильный цех или выгружали на берег, в запас на осеннее-зимний период. Выгрузку в запас осуществляли: цепной высокоэстакадной самотаской, лебёдкой и двумя элеваторами, конной тягой, с применением лопаря и цепочек. Зимой подвозка сырья производилась на лошадях. Для поддержания необходимого уровня воды, на реке построили плотину. Плотина создала нужный напор воды для транспортировки, сортировки и выгрузки древесины.

Николае-Павдинский горный округ владел огромными запасами нетронутых хвойных лесов. Освоение их началось в наиболее обжитых местах, около населенных пунктов. К ним относилась Сухогорская лесная дача с поселками Сухогорье, Верхнее-Лобвинское, Зимовьё, Нижнее-Лобвинское. С 1910 года начинается заготовка леса на Коноплянском участке Лобвинской лесной дачи, откуда бревна вывозились непосредственно к лесозаводу на лошадях по проложенному «Воробьёвскому тракту». Еще позже, с 1914 года, начались заготовки на Коптяковской даче лесной. Кроме освоения своих лесов округ ежегодно покупал лес в казенном (государственном фонде и у переселенцев)

В Николае-Павдинских лесах не вели сплошные рубки. Рубили выборочно, брали товарные бревна. С пуском в эксплуатацию углевыжигательных печей, с увеличением спроса на лесоматериалы, стали заготавливать бревна различного назначения: товарные, балансовые, шпальные, дровяные и т.д. В Николо-Павдинском округе использовалось 52% годового прироста леса. Зимой, 1912-1913 годы, заготовили 146350 бревен.

Заготовка леса велась в основном в зимний период. Световой день в зимнее время короток, поэтому, приходилось работать в лесу при свете костра, а то и лунного света. Чтобы не терять время на дорогу домой, лесорубы жили в лесосеках, в наспех оборудованных землянках и избушках. Глубокие снега ежегодно затрудняли лесозаготовки, но особенно трудно пришлось лесорубам в зиму 1913-1914 годов. Осень 1913 года была теплой, снег выпал в середине декабря на талую землю и сразу начались снежные метели и заносы. За короткий срок навалили столько снега, сколько не было и в прошлую зиму. Условия труда резко ухудшились, люди и лошади выбивались из сил в глубоком снегу.

Весной 1914 года таяние снегов вызвало резкий подъём уровня воды в реке Лобве и её притоков. Мимо завода, весенним паводком, унесло до 1000 штук бревен. Благодаря хорошей подготовке Верхней гавани, где были установлены «быки» с каменной засыпкой, основной объём леса удалось задержать. В первой половине августа 1914 года, после непрерывных дождей, уровень воды в реке Лобве поднялся, выше весеннего уровня, на 70 (см.). Вода шла через полотно Богословской железной дороги. Биржи сырья и пиломатериалов были затоплены. Силовая станция была залита водой. В результате наводнения, завод, в течении двух недель, не работал.